Кинофестивали вышли из графика, а Тарковского отправили в Zoom

Почти каждый день поступает информация о том, что тот или иной фестиваль, и не только российский, отменили, перенесли на более поздние даты. Старейший Венецианский киносмотр до сих пор не падает никаких сигналов. Заявленный на сентябрь Казанский фестиваль мусульманского кино только что объявил об уходе в онлайн. Зрители не увидят его фильмов. Просмотры состоятся только для жюри. Не самый лучший выход, но, видимо, связанный с особенностями эпидемиологической ситуации в регионе и отсутствием гарантий по защите фильмов в интернете.

Юрий Колокольников и Ольга Бодрова в доме, где прошло детство Тарковского. Фото: Сергей Насонов.

В Юрьевце, где прошли детские годы Тарковского, и где располагался только штаб фестиваля “Зеркало”, а все остальные присутствовали виртуально, под финал отправили Тарковского в zoom. Представили себе, какой была бы его жизнь сегодня. При этом, ни слова за Тарковского не придумано, использованы его слова из дневников, но изменился антураж, тембр жизни, так что верится в возможность такого переселения души с трудом.

Затея – весьма оригинальная, но совсем не смешная, как уверяли организаторы. Придумана и разработана она сценаристом Еленой Ваниной и режиссером Алексеем Фисуном. Получился screenlife на основе “Мартиролога” Тарковского, заседаний худсоветов, фантазия на тему того, как Тарковский снимал бы сегодня “Зеркало”. На экране в чате идет переписка: “Сын не может быть бестактным” – “Я уверен, что только Терехова” – “Давайте, плиз, договоримся, не брать подружек” – “Фильм по-прежнему, понятен только тебе”. Тарковского спрашивают о референсах, а кадр с парящей Маргаритой Тереховой неважно стыкуется с современной аранжировкой. В голосовом сообщении звучат слова: “Sorry, пока еще не все good”, “Завтра, короче, будет понятно. Пока грузить не буду. Завтра созвон”. Нет-нет, да и сообщают молодые кинематографисты в соцсетях, что миф Тарковского раздут, смотреть его фильмы скучно. В свете таких самонадеянных разговоров диалог Тарковского в screenlife, его внедрение в современную жизнь, звучит угнетающе. Объяснение того, кем он был, можно найти в словах монтажера “Жертвоприношения” Михала Лещиловского.

Кинофестивали вышли из графика, а Тарковского отправили в Zoom

Он стал виртуальным гостем “Зеркала”, его лауреатом, получив награду “За вклад в кинематограф”. Поляк, живущий в Стокгольме, неожиданно для всех был приглашен Тарковским в качестве режиссера монтажа на картину “Жертвоприношение”. Вместе с Андреем Тарковским-младшим, с которым познакомился в 1985 году, сделал картину о его великом отце “Кино как молитва”. Михал рассказал нам о работе над “Жертвоприношением”: “Тарковский был поэтом. Как и другие поэты, он помогает мне понять жизнь. Я всегда буду ему должен в этом смысле. Случайно получил к нему доступ. Моя бабушка по папиной линии была русской, но я не успел с ней встретиться в этом мире. Она умерла еще до начала Второй мировой войны. Мой отец хорошо говорил по-русски, а я изучал его в школе, но, как и все, не хотел этого делать. Узнав, что Тарковский приедет в Швецию, за два года до этого записался на курсы русского языка, чтобы его освежить. Лет 15 им не пользовался. Тарковский очень простым языком выражал сложные мысли. Мой второй язык – шведский, и я пишу на нем рассказ о событиях Второй мировой, о Сибири. Проблема не в словах, а в мыслях”.

До встречи с Тарковским Михал работал на телевидении. Теперь он вспомнил польскую поговорку: “Случайностей не бывает, бывают только знаки”. “Когда я узнал о его приезде, то сказал: “Монтажером буду я”. Надо мной посмеялись, но потом смеялся я. Мы оба – эмигранты. Я Андрею понравился, и он в обход продюсеров нанял меня монтажером. “Монтажером будет Миша” – сказал он тогда. Когда Андрей узнал, что болен, у нас был разговор: “Оставляю тебе фильм для завершения. Я уезжаю во Флоренцию и не вернусь”. То есть он оставил меня с фильмом, который нужно было закончить. И я сказал себе: “Я не свое кино делаю, а его, и должен это сделать, пока он жив”.

Андрей Тарковский не смог присутствовать на Каннском кинофестивале в 1986 году, награду за него получал сын.

Вам также может понравиться